Фэнтези Прода Выпуск 43-2007

Автор: | 09.11.2017

Кругом висела паутина и облезшие обои — обои свисали даже с потолка, конкурируя по густоте с паутиной.

А он симпатичный. И попка ничего. Только изо рта воняет — почти идеальный принц.

Не нравится мне его взгляд. Как будто, так и присосется сейчас — вон, ложноножками уже шевелит, сволочь. Сосущие взгляды — они еще хуже, чем самобеглые глаза.

Канделябр выскользнул из руки и с неистовым звоном поскакал по мраморному полу — пылко поскакал, страстно грохоча.

Отец был в своем кабинете, где в огромную старую лупу разглядывал свою нумизматическую коллекцию старых монет — и заодно коллекцию масляных масел.

Я посмотрел на небо, оно было темным не только от туч, значит сейчас ночь — гений!

лепешки были похожи на сладковатые лаваши — а булочки не напоминали сладковатые батоны?

пошел на меня яростной атакой. Я едва-едва сдерживал его выгоды и отражал атаки — но его выгоды все распирало, раздувало, процент выгоды неумолимо рос.

удар был точен, потому что его штабы были красными от крови — чего уж говорить про его конспиративные квартиры…

В его голове уже битых 2 часа мозг вырабатывал серое вещество для решения 2 важных проблем — переизбыток серого вещества сливался в виде зеленых соплей. Мозг оставался девственно-белым и твердым.

Ее темные каштановые волосы свисали до самой… э-э-э… поясницы — зачем стесняться? Слова «свисали» и «жопа» прекрасно гармонируют друг с другом!

Кровь, прежде тонкой малиновой струйкой стекающая на бедро, почти остановилась — какой-то странный обмен веществ с малиновым цветом крови в итоге.

выкрасил перистые облака в цвета ягодного вина — такого же насыщенного и яркого имбиря, которое зачастую плескается в стакане — у меня дома есть молотый имбирь — с виду горчица горчицей. Чего-то я не понимаю.

но руку так и не приняла, поднялась сама, единым текучим движением — зря что ли десять лет в спецшколе отпахала? — там аж десять лет учили этой гребаной текучести. Аффторы! Хватит штампов!

Воинов лично Фердинанда можно было узнать по эмблеме золотого льва, сражавшегося с серебряным единорогом на чёрном фоне — гербу принца — есть мнение, что тут вкралась опечатка, и надо читать «горбу принца» )

ловил пристальные взгляды колдуна не только на С., на что лазутчики и рассчитывали, но и на себя — ловля на живца, ловля на самого себя — какая жертва!

дверь со скрипом отворилась и в камеру, ослепив узника факелом, вошли трое — они ткнули ему факелом в глаза? Изуверы.

взобрался руками по стеночке, идет на, подгибающихся ногах, к выходу — «идет на» — в этом есть что-то сакральное.

Девчонка так и застыла с вздыбленной грудью — и бурно волнующимися ягодицами…

На красивом личике застыла смесь испуга, злорадного удовлетворения и не дюжего удивления — хиленького такого удивления, короче.

Считалось, что он прикрывает тылы странников. В одной руке дубинка, в другой рука магички, которую ученик тянул, когда Е. начинала отставать — в зубах — нога магички.

И тут новый приступ страха сковал тело и разум Андрея.
«А что если это притон гомосексуалистов? — с ужасом подумал он, чувствуя, как кровь отлила от лица. — Сюда заманивают таких простачков, не очень крепких, не очень смелых… А потом насилуют в самых извращенных формах. Наверно, после всего убивают и уничтожают тело. А милиция, понятно, в эти дела не вмешивается» — знаете, это не перл. Но почему-то я громко смеялся.

продумонстрировав — (мое) неологизм, означает демонстрирование тяжких дум. Или демонстрацию навыков думера.

И А. стал тренироваться. Двое суток они со С. работали на износ, делая короткие перерывы лишь для еды. Когда молодой ученик выдыхался, когда ноги подкашивались и в глазах плавали темные круги, С. отправлял его спать, а сам продолжал самоистязание. Когда во время одной из тренировок измученный ученик потерял сознание, С. решил прекратить тренировки на износ и дал А. целые сутки на отдых — встает один решительный вопрос: «нахрена?!» (об этом самоистязании уже упоминалось в Примечаниях Под Чертой (с))

тот стянулся тугой пружиной — как стянуть волосы — это я представляю, но как стянуться самому?

А Скромницу пришлось прирезать. Ее сильно ранило стрелами. Жалко, он уже начал привыкать к ее задорному фырканью. Зато жопа очень радуется: уж больно ей седло не нравилось — я всегда знал, что самое циничное и жестокое в человеке – это жопа.

Он и раньше любил тренировки, ему очень нравилось чувство упругой силы в тренированном теле, чувство выверенного до идеала движения, чувство размеренного ритма сердца во время затяжных пробежек, восторг от наконец-то правильно выполненного приема. Но как же все это, идеально совмещалось на кончике клинка! — столько трудиться, напрягаться — и вдруг все посадить на кончик клинка?

Высокий худощавый мужик с копной светлых волос на голове — как счастлив должен быть читатель, видя такие уточнения, а то ведь уже мерещатся копны волос подмышками или кокетливо выглядывающие из-за отворота рубахи…

массивные задние лапы пружинисто сжаты, передние слегка повернуты вовнутрь и суставами выступают вширь как у бульдога — анатомический театр описаний. Суставы вширь! Сжимайсь!

А отсутствие одной башни, да пролом в стене лишь подтверждали немые мысли горделивого здания — типа: «Извергиии!»

По пролому крепостной стены, притаившись, ступал зверь — одновременно крадясь в засаде.

был готов при малейшем шорохе дать стрекоча — живо представилось, как этот трус и извращенец дает кому-то, громко при этом стрекоча.

На ивозвышеньи из подушек — …ивозлёживал он.

прикрыл глаза изгибом руки — изогнув ее где-то между локтем и запястьем.

Комната тоже была круглой. Нет даже шарообразной. Нет, скорее параболической. Да. Именно параболической. Единственной прямой плоскостью был пол. Пол же и представляет собой круг, если посмотреть на него сверху. Стены же и потолок образуют собой один огромный параболоид, вершина которого весит в пяти метрах от центра круга — только не мой моск!

от центра комнаты, концентрическими окружностями расставлены массивные толи тубы толи огромные горшки — я не отдам мозги, их у меня и так мало!

сквозь губу процедил исследователь — тоже мне, человек-фильтр.

Много столетий была сокрыта правда, василиск в поиске… — моск в шоке.

осторожно начала гостья, ускользающе виляя взглядом — и кокетливо помаргивая голосом.

взял мечь в рот — это у меня не язык как помело, это я включенный миксер облизал (с)

Шаги приближались в прозрачной, как густой тягучий кисель, темноте — мощный когнитивный диссонанс.

Мясник начало — такое интригующее название произведения. Мясник блондинко.

Шар она повесила на пояс, специальным способом, чтоб вору было крайне трудно избавить её от этой ноши — объявляется конкурс на оригинальность: какой именно это был способ?

схватила со стола пустой поднос и с размаху опустила на голову обидчика. Гулкий металлический звон поплыл по трактиру, когда поднос, срикошетив от человеческой плоти, покатился по полу — плоть на голове слегка опухла…

быстро вскочил на коня, бросившись в лагерь галопом — догоняя ту мадам, которая уже дала коню шенкель и поскакала галопом.

Обезумевшая стихия решила выжечь их со своей земли, задеть хотя бы «кончиком острия» и в тоже время — на этом текст трагично оборвался.

Костёр очень слабо полыхал в той кромешной тьме, что стояла в долине — а ядерная бомба как-то очень неубедительно взорвалась.

Меж них черной хлопающей змеей вспорхнула огромная птица, кинувшаяся с того берега на этот прямо Э. в правое ухо — короеды — это такие жучки, едящие кору мозга…

————

Вы Не Обращайте Внимания…
Примерно с этих слов начинается множество аннотаций, предваряющих несомненно эпохальные тексты. Цитировать эти строчки во всех их вариациях можно километрами, но общий их смысл сводится к одному: «Ой, вы не поверите, как меня проперло, я тут за пятнадцать минут пятьдесят килобайт мелким шрифтом накатал(а), поэтому вы не обращайте внимания, что в слове «хлеб» у меня четыре ошибки, но как меня перло, как меня перло!» — так же авторы намекают на то, что они пишут первый раз и не надо ругаться на них за отсутствие громатеки, пунктуации и всякой там логики сюжета, патамушта у них все-таки первый раз, а потом, если им напишут пиццот хвалебных комментариев, то они, может быть, учтут все «тапки» и таки исправят ашыпки. Есть еще экземпляры, которые сразу признаются, что по русскому у них в школе было где-то в районе астматичной двойки, но ведь прет, прет их со страшной силой, могучая аффтарская мысля неистребимо лезет прямо из ушей, капая на бумагу, и никак нельзя не поделиться продуктом этого мыслевыделения со всеми гостями СамИздата. Иначе череп лопнет. Ключевые слова в таких аннотациях (часто тоже написанных с изысканным презрением по отношению ко всяким там… арфаграфеям) это: «сырой», «невычитанный», «много ошибок» и «сам(а) знаю, что…» — однако, дорогие аффтары, незнание закона не избавляет от ответственности. Я понимаю, если бы это кто-то из мэтров фэнтези и фантастики вдруг окривел на один глаз, заболел болезнью Паркинсона, но все равно упорно продолжал бы свой благородный труд. Ах да, при этом у него с компьютера исчез бы Ворд, а все редакторы и корректоры внезапно спились или покончили жизнь самоубийством. Тогда бы мэтр мог позволить себе выкладывать в сеть неверною рукою «сырой» текст, все же несущий глубокую мысль и философский подтекст. Читатели бы сами ему все исправили и принесли на голубом блюдечке, попутно выражая пламенные соболезнования. Но на что рассчитывают вышеописанные неизвестные граждане, пораженные вирусом пейсательства? Что благодарные читатели старательно выкопают где-то среди руин родного языка гениальную мысль, почистят ее и поставят на пьедестал?
Щаз.

Добавить комментарий