Фэнтези Прода Выпуск 45-2007

Автор: | 09.11.2017

он сначала заглянул в замочную скважину, чтобы проверить, сможет ли он что нибудь рассмотреть там — он заглянул в скважину, чтобы проверить сможет ли он что-нибудь увидеть в скважине?

очень медленно повернул ручку, прислушиваясь к тому, как она со скрипом трется об окружающую ее железную пластину — что за хентайная ручка? — Звук казался ему похожим на крик попугая — никак не могу себе представить такой скрип, тем более у дверных ручек — но, возможно, он не был таким уж громким, скорее всего не громче, чем стук его сердца — он сам не мог определить громкость звука?

и при этом столкнул с железных перил на пол двух резиновых на вид сухих летучих мышей — так они резиновые или сухие были? Или это они могли быть мало того, что резиновые, как ещё и мокрые… интересно от чего?

Первичная теплота и влага! Я тебе покажу первичную влагу! — совет: найти себе девушку и не мучиться.

Он слышал низкий смех, слышал, как кто-то хихикает про себя — телепат! Не иначе!

внутрь проникал мрачный солнечный свет — обычно как-то он наоборот яркий бывает…

Потом он нашел золотую корону, надвинул ее себе на голову по самые уши и принялся отбиваться от окружающих его невидимых врагов делая выпады какой то чудной кривой турецкой саблей — хм… турецкая сабля и фентази… — почти такой же длинной, как и он сам. — Вперед! Вперед! — кричал он, угрожая кучам монет – кто ж его знает, может, кучи монет именно этого и боятся.

Ему пришло в голову, что окружающая его неестественная, расплывчатая тишина вовсе не является тишиной — да… на самом деле это был шум, а он – укурен.

Я бы вытащил из реки одного из этих монстров и задал ему жару, как тот парнишка на причале в деревне. Отшиб бы у него всякую охоту высовываться — ты ж его сам и вытащил!

Так он поступал с насекомыми — ну прямо герой сказки «Семерых одним ударом» — ну то есть противными насекомыми типа тараканов или ядовитых пауков — сколько можно пауков насекомыми называть? Ну не насекомые это!

От них Джонатана всегда начинало трясти, и в конце концов он обнаружил, что наилучший способ бороться с ними — это налететь на них и раздавить в лепешку — вот так и представляется могучий дядя в кольчуге, с молотом наперевес, несущийся с диким криком давить несчастных жуков и пауков.

[о мхе] мог продолжать и дальше в том же самом духе, вообще не нуждается в услугах садовника — чрезвычайно редкий, выносливый вид мха, растет без особых заботах о нем. Эх! Вот бы нам такого мха! — так что мэр Бэстейбл учредил департамент сельского хозяйства — а если б чудесный мох не вырос, он бы и не стал никакой департамент создавать! Слава мху! — и поручил помощнику садовника сажать клубнику вдоль всех аллей — а клубника-то тут причем? Почему именно её? Хде связь?

Однако в клубнике водились некие жучки, за которыми пес любил гоняться. Так что оба — и хозяин, и пес — обосновались среди невысоких ползучих стеблей — какого роста были стебли и пес с хозяином?

Эта мысль была ему по душе — настолько по душе, что он уговорил себя попробовать воплощать ее в жизнь в течение года — она ему была так по душе, что пришлось себя уговаривать.

Обычная часть:

ещё перед рассветом кто-то довольно сильно начал трясти мое плечо — а ведь я его так аккуратно сложила на стуле…

Он шел, не оглядываясь по сторонам, но неожиданно почувствовал взгляд. Это был странный нехороший взгляд, прямой и навязчивый, взгляд красных с вертикальными зрачками глаз — о чем взгляд конспиративно сообщил ему на ухо, точно указав какого именно цвета глаза, и какие именно в них зрачки.

попытался встать. Не удалось. Ногти впились во что-то твердое, обломались под корень и взвыли самостоятельным визгливым голосом. — Да ты сиди-сиди… Сам пришел ведь, никто тебя не звал… — новый виток автономии! Добрались до говорящих ногтей.

ввалился на кухню, волоча за собой грязные следы внезапно растаявшего снега — следы визжали и сопротивлялись.

Костер разгорался, мы подбрасывали редкие паленья, раздували его, как могли — представляю, в еле теплящийся костерок пАленом — нна! Жри, скотина!

была взята горсть крови — и три капли плоти.

Но самое яркое, на что внимание при взгляде на нее обращалось в первую очередь — это глаза. Необычные, глубокие, наполненные пониманием и светом далеких холодных звезд — они пришли за нами, гадские инопланетяне!

повернула к нам свое лицо с плещущимся в глазах звездным светом — гребаная радиация…

глазами, пронизанными золотой сеткой, зрачок которых время от времени вытягивался в одну вертикальную линию — типичная желтуха в трупном состоянии.

Зима. Деревья стоят без листвы. Их тихий скрип можно услышать даже сквозь рев ветра, который постоянно дует в этих местах – вот это тихий скрип…

Тишина. Даже завывание ветра и поскрипывание сухих веток не может заглушить того чувства мертвой тишины и нависающей угрозы, что царит здесь — мозг трещит. Воющий ветер не может заглушить тишину. КАК?

А до неё еще оставалось ити и ити. Через эту долину — итить её через ити…

К давнему оплоту Зла, к твердыне, в которой держалась в плену Анаэль, принцесса Эриона, дочь правителя Лесного государства Сеомула. Именно чтобы спасти её, а может и судьбу всего мира, Мудрейший Эосид собрал этот отряд — вах!

К Эосиду подошёл Дельриус и поделился своими опасениями:
— Эосид, мне что-то не нравится. Подозрительно как-то всё это. Тебе не кажется? – какие глубоко продуманные и конкретные опасения!

Первое моё занятие с мечём произошло где-то через полгода усердных тренировок — хотелось бы знать, чем ГГ пришлось заниматься с этим загадочным и непонятным мечём.

Она выпустила огонь, глаза пожелтели — напоминает анекдот про мужика в туалете: «а я думал, у меня глаза лопнули!»

Старик, по-видимому, был мертв — грудь его не вздымалась, глаза невидяще смотрели в потолок — но не исключено, что он всего лишь загорал.

За столом, перед камином, обнаружился и источник света — насыпанный золой круг, в который с трудом могут поместиться два-три человека. Зола висела в воздухе, образуя цилиндр зеленоватого света — наверняка это происходило в комнате, которая по форме шар, тьфу, парабола.

Теперь она могла расправить крылья, которые были не такими как у большинства демонов: каждоё перышко горело неутомимым чёрным огнём — без перерывов и выходных, ткскзть, в четыре смены.

Едва заметив тень, эльфодемон одним резким взмахом крыльев взмыла к потолку — начинается интересная генетика. Кто кого насиловал?

поднятые когти заменяют существу руки — страшно спросить, из чего они растут.

Продолжая периодически взмахивать крыльями, она сделала пас рукой и в ней оказались те самые звёздочки — гооол!!!

жажда свежего алого напитка, который беззаботно перетекал в замысловатых запутанных сосудах, проходивших по дороге мимо крепостных стен — только не мой мозг, проклятые метафористы!

Она ласкала его лепестками губ, трепетными ладонями, окружала со всех сторон своим сиянием. И двое станосились одним в этом сияньи — чаво-чаво они делали? Мы академиев не кончали…

Вино заливисто хихикает, выбегая из своей темницы – с травками винцо, а?

После этих слов подошла к разбитому окну. Окинула его немного презрительным взглядом: мол, заставляют меня всякие размениваться на подобные мелочи. Картинно изогнула пальцы рук — каждый — в пяти местах (как минимум).

Красивые зеленоватые молнии соскользнули с пальцев, прошлись по стеклу, сращивая образовавшиеся прорехи — стекло, которое не бьется, а рвется — новое слово стеклодувной промышленности.

прыжок и сильный удар в грудь, мои желтые глаза огоньками в ее неправдоподобно расширенных зрачках… — …застряли?

Вечерами читала, писала, разложив тетрадь в кругу жирного пятна коптилки — промасливала тетрадь в расчете на долгие годы хранения?

Зомби почувствовал на себе мой взгляд и его наполовину вытекшие глаза, каким-то чудом оставшиеся в глазницах, на миг повстречались с моими — и мои тоже вытекли. На три четверти. Из солидарности.

изблеванный — (мое) внезапно мутировавшее слово «избавленный».

Я опустил взгляд. Моя рука зажата в цепких клещах, хоть те и дрожали, а сама медленно выводила по краю чашки с чаем круги указательным пальцем — мозг тоже попал в клещи описаний.

Осторожно выпускаю коготок в голову хозяйки — просовываю его между правым и левым полушариями…

Он поскрёб своё пузо пальцами правой руки — автор — педант и сухарь.

Грибы мелкой шинкованной горкой высились на блюдце справа от печи. Шея, замотанная тонким длинным шарфом, сиротливо поворачивалась вправо — кафель был намертво приклеен к стене (так сказать, продолжая ассоциативный ряд).

приподнял крышку, и грибы аккуратно перекочевали на сковороду, размешались, исчезая в золотистом картофельном вареве — оно их зохавало. Фхтанг!

сильное и осознающее свою силу животное с вздыбленной шеей — и откляченной грудью.

————

О названиях.
Пройдясь по аннотациям, нельзя не сказать о названиях. Кто-то из известных товарищей уже писал на эту тему, и самое главное — алгоритм до сих пор работает! То есть всякие там «Клинок Запада», «Дракон и Сталь», «Разбудить богов» весьма успешно плодятся в литературно-сетевом пространстве. Но есть особый вид названий, при взгляде на которые, у охотника за перлами сразу начинается обильное слюноотделение. К примеру, это такие талантливые заголовки как «Избранная», «Записки юной ведьмы» (эльфийки, гоблинши, назгулши…), «Пророчество» или названия, содержащие токмо имя ГГ (как вариант: «История /вставить имя/»). Так же условный рефлекс вызывается названиями, в которых фигурируют различные маги, а совокупно с ними — всяческие стихии. Здесь лидирует огонь, а так же все связанные с ним словоформы. Почему-то никто не пишет про повелителей сапрофитов, о чем я уже сокрушался… Конечно, всех под одну гребенку загонять нельзя, но весьма и весьма немалый процент таких произведений схож с полянкой лесной земляники. Столько всего вкусного, и всё в кашу, в кашу!
Но самыми перлоносными являются таинственные и многочисленные произведения, которые называются так — «глава 1″…

Добавить комментарий