Фэнтези Прода Выпуск 53-2007

Автор: | 09.11.2017

Сегодняшняя перловка — качественный скачок в нашей редакторской работе. Давеча кое-кто задался вопросом, дескать, а что делать, если попадаются перлы из фанфиков, которые не вмещаются в тематику существующих прод? Ответственно заявляю — если оно фантастично-фнтезийно, то всё это наше. Поэтому сегодня — перловка из фанфика по DOOM. Мне его подсунули как кладезь в целом, но я таки пройдусь по сексуальной составляющей этого шедевра. Просто нельзя молчать. Поэтому — ахтунг, адьюльт, слэш, анатомические подробности, обсценная лексика.

Прим.: Демон = Джон, Сердж = сержант = Дэвид.

подошел вплотную к Демону и посмотрел прямо в его глаза, точнее сказать – заглянул непосредственно в мозг — так DOOM или Call of Cthulhu?

все так же вдавив взгляд в пол — …добивал этот взгляд пинками по почкам.

[кабели] были толстыми и почерневшими от огня и напоминали каких-то техногенных змеюк из будущего, которых поджарили из напалма — напалм — новый вид огнемета. А в будущем даже змеям делали протезы хвоста — по самую голову.

услышал, как скрипнула на нем спецовка – его огромное тело не помещалось в одежде… — это называется «опара».

в порыве неосторожного бешенства — с трудом представляю себе бешенство осторожное.

он начал подниматься, одной рукой держа пушку. Джон следовал. — и снова PROMT пытается писать!

достал отвертку из кармана и протянул командиру. Тот, нажав нужную кнопку, пристроил дуло отвертки к болту — и застрелил его! (не удержался)

неподвижно застыли сгустки густого тумана; они стелились вдоль пола, у краев стен — судорожно ищем края стен в помещении.

застрял в решетчатой клетке, какими пользуются рыболовы — не будем касаться того, что у этого девайса есть свое название, ибо оно слишком сложно для восприятия смертных…

В кресле машины, раскинув в стороны руки, лишенные плоти, восседал скелет. Череп тяжело свисал на кости плечевого пояса — значит, руки у нас хоть и без плоти — но руки, а грудь мы тут же обзовем плечевым поясом.

образ покрытого засохшими блестящими пятнами крови скелета — жутко интересно, кто же это поливал скелет кровью? И как долго он ждал, пока труп превратится в скелет?

Эта станция была непотопляемым бастионом ученых — буквально их сухопутной подводной лодкой.

Темно-карие глаза иглами впились в застывшее лицо — предлагаю ввести конкурс на самую мученическую смерть по причине впивания глазами.

Майка цвета хаки, казалось, вот-вот не выдержит натяжения на бугорках мышц — такое ощущение, что речь идет о чрезмерно пупырчатом огурце.

Губы медленно, не торопясь, распахивались в явном намерении. — разверзся кратер Десперадо, ага.

подтянул тело вверх, пододвигаясь к груди Дэвида — какие-то автономные ползанья расчлененных андроидов.

его пальцы уже совсем вплотную оплели член Серджа — фулл-контакт с Ктулху? А теперь представим себе неплотную оплетку…

И в глаз все-таки попала песчинка, вызывая жгучее желание потереть глазницу… — предварительно выковыряв глаз.

ее голос скручивался в петле боли, рыдания прорывались наружу — наконец, голос повесился в петле боли.

Спецовка Серджа лежала вокруг радиатора посреди помещения — водила вокруг него хоровод.

Прохладным водопадом обрушиваясь вниз, каждая ее капля светилась под тусклой галогеновой лампой — каждая светящаяся капля — водопад. Интересно, где такую траву дают.

Кожа замерзла и затвердела под холодным потоком — затем потрескалась и осыпалась.

Прямо в руке Демона забилось огромное и спокойное, как огненный айсберг, сердце — надо поправить рейтинг: расчлененка, людоедство. А ты такой горячий, как айсберг в океане…

Каждая мышца, какая только есть в человеке, была на виду, каждый мускул можно было потрогать и ощутить — детальное препарирование трупа…

слегка закусывая плоть зубами — попробовал плоти — закуси зубами, запей слезами, занюхай… так, ладно.

порывисто, жадно, с трудом, но до конца проглотил его член — предварительно его ОТКУСИВ. — По ощущениям он напоминал камень, лишь покрытый тонкой кожей — статуя Аполлона Возбужденного, обтянутая пергаментом, не иначе.

Плавно, как большая кошка, Демон поднялся над Серджем, не отрывая взгляда от его темных глаз. Он схватил его запястья и прижал их к кровати, не позволяя прикасаться к себе, а затем, все так же глядя в его расширенные зрачки, прогнув спину, быстро, без малейшего замешательства, насадился на влажный от слюны член Серджа. […] Крепко сжимая коленями узкие бедра Серджа, он совершал глубокие и сильные движения — первое: КАК можно с размаху насадиться задом, одновременно прижимая партнера за руки к кровати и прогибаясь в спине, и второе: как в этой позе можно сжимать бедра коленями?

Тогда он, пользуясь тем, что руки теперь были свободны, одним сильным движением ухватил Демона за загривок, как какого-то котенка, и после мимолетного мощного броска Джон оказался внизу — и все это мимолетно-мощное они проделали, не разъединяясь. Похлопаем индийским йогам.

Демон цепко охватил ногами его бедра, а руками обвил шею, заставляя Серджа вплотную приблизиться к нему — продолжаем хлопать индийским йогам и их замечательной анатомии!

Джон положил его голову себе на плечо — аккуратно ее открутив заранее, иначе просто никак — ледяным голосом настаивая:
– Сильнее… ты хочешь… сильнее — итить, может, он ему еще стальным голосом точный угол наклона подсказывал?

Сержант почувствовал, как в его сознании страсть распалась до почти животной похоти; что ж, он ничего не мог с этим поделать — новый химический элемент: страсть, период полураспада десять секунд, процесс неконтролируем

Его голова упиралась в плечо Джона, глаза были закрыты, движения сделались быстрыми и нетерпеливыми — о, теперь и актива скрючило в бублик.

Демон кончил быстро и неожиданно. Он резко сомкнулся на члене Серджа — ааа! *плачет* йобаный моллюск!

вытянул одну ногу вдоль кровати — вторую отстегнул и положил перпендикулярно стене.

поднял голову и поцеловал его в уголок губ. Джон закрыл глаза и ответил открытым поцелуем — так сказать, мы на ваш акцепт совершаем полную и безоговорочную оферту.

снял со своих плеч руки Демона и прижал его запястья к железной спинке кровати — остальные части тела тоже красиво развешал по комнате.

с наслаждением вытянул обнаженное тело на всю длину кровати — с наслаждением повернул рукоять, с наслаждениям прислушался к крикам, которые издавало тело на кровати-дыбе…

песок уже успел нагреться и горячей массой обволакивал голые ступни — кого-то просто стошнило прямо в этот песочек.

Большая чайка, нервно клича, пронеслась вдоль линии прибоя — к логопеду ее!

Вода потревоженным потоком ласкала его плечи, ребра — …икры и подъем правой стопы, ага.

Делая очередной гребок, он перевернулся вокруг своей оси, как сверло, входя в толщу воды — вообразим себе идеальное сверло, переворачивающееся вокруг своей оси в вакууме…

засмеялся, его снежно-белые зубы отражали солнечный свет — да с его помощью на войне световые сигналы подавать можно!

Джон и Сержант набивали себя патронами в комнате-«складе» — учитывая их отношения, страшно подумать, как именно они себя набивали. Через что, то есть.

Демон почувствовал, как на его лицо брызнули мельчайшие куски мозга — только у нас: опрыскивание кусками мозга!

увидел перед собой затаившегося в углу коренастого мужчину в окровавленном халате ученого — халат ученого всегда отличается от халата какого-нибудь паршивого лаборанта.

встал на ноги и обернулся вокруг себя — наверное, как сверло.

Он слизывал с его кожи кровь вместе с тем, что было когда-то мозгами убиенного зомби — а вот теперь всех живо тошнит. Ибо это прелюдия к очередному сексу.

захватывая в плен его губы, увлекая их в глубокий поцелуй — а Конвенцию, Конвенцию насчет обращения с пленными кто соблюдать будет?! А мозги сплюнуть?!

сев у грани проема — алмаз неограненный…

Двуногий и двурукий зверь с жестоко изъеденной мутацией, коричневатой шкурой; толстые жилы, как металлической сеткой, покрывали его тело с ног до головы — прямо поверх шкуры! Человек-рабица.

Хрупкие, омерзительно склизкие, палочкообразные щупальца — теперь-то мы точно знаем, что нам продают в равнодушном пластике под видом крабовых палочек…

взмыл в воздух и, направив щупальца как ковш экскаватора – вперед – молнией полетел прямо на Сержанта — я так и знал, что экскаваторы — потомки Ктулху. Я уже не говорю про тракторы! * ховается в бульбу*

клекот миллионов тонких, полупрозрачных ног за их спинами становился все громче — и, наконец, перерос в оглушающие аккорды соловьиных трелей…

сжимая ладонями его бедра и оставляя поцелуй в чувствительном месте за ухом — поцелуй прилип намертво.

С замком зиппера оказалось сложнее… – да, вот так вот ужасно сложно расправиться с замком застежки-молнии.

Когда он обвил руками раскаленную шею Дэйва, тот ухватил его бедра руками и сомкнул их на себе — итак, человек-огонь против человека-бедра-клешни!

Держал его [прижимая к стене] так легко, будто бы он был легким, как перышко.
– Держись крепче.
– Хватит болтать, и… А, черт! – Джон судорожно подался вперед, когда Дэвид внезапно вошел в него — вот так вот внезапно, сомкнув на себе бедра, взял и без стука вошел в зад.

Прогнув спину, чтобы Серджу было удобнее, он охватил ладонью его затылок, наклоняя его к себе, легко целуя — я догадался. Сердж поимел его в пупок.

крепче сжимая бедра вокруг его талии — человек-бедра-клешни явно побеждает…

одним сильным движением впечатал его в стену, зацепляя снова то место в нем, снова вызывая вихрь пламени, сжигающий все внутри — а у этого на член крючок приклеили. И заодно прицепили маленький контейнер с напалмом.

еще крепче прижимал его к стене, на которой уже смазанным пятном расплылся кровавый след раны — вот оно — прямое и буквальное толкование выражения «затрахать до смерти».

тот, бросившись вперед, кончил сам и заставил кончить Дэйва — решающий рывок! Оргаааазм!!!

существо, содрогаясь и повизгивая, перевернулось на спину и грузно разбилось о пол — было бы странно, если бы оно разбилось об пол воздушно и грациозно.

ломая и вытаптывая их кости — целый огород костей вытоптали, негодяи.

Джон чувствовал, как ускоряется все его я, как мысли и ходы начинают носиться в бешеном круге внутри его черепной коробки — как мысли и что, простите?

разевая пасти-черепа — всё. Я сдаюсь. Это фотофиниш 🙂

—————

Весьма в тему скопирую сюда древнее размышление.
О пикантности.
Читаю я тут всяческую фантастику и, значить, нервно цыкаю зубом. Сейчас очень модно в любую литературу совать что-нибудь про голубых. О! Это не то чтобы свежо и оригинально, но гламурно и мейнстримово. Придает даже хрену вкус фунта изюму и рекомендует автора как современного человека, разбирающегося в татарских обрезках и колбасных огрызках. С другой стороны — какой уважающий себя писатель (муж. род) будет ваять эпическое повествование, в котором тараканами бегают геи? Ни за что и ни в какой позе. И посему я с раздражающим постоянством наблюдаю один и тот же ход: главному герою вдруг — о какой ужас — начинает нравиться второстепенный герой. В 95% — эльф. Такой-сякой распрекрасный, остроухий, грациозный, зеленоглазый (последнее опционально). Как посмотри он своим чудным глазом в романтичных отсветах вечернего костра, так все. Флюиды и гормоны роятся и усиленно спариваются в воздухе. Главный герой в панике, ведь он, любитель юбок, не мог и предположить, что когда-нибудь…. чудовищно! Саморефлексии бурненько разливаются на три странички, но не больше, дабы автора не заподозрили в чем-то подобном. После чего случается сюрприз. Опа — а объект позорных страстей девкой оказался! Замаскировалась, понимаете ли. Ура! Все понятно! Далее следует торжественная любовная сцена на сеновале или, там, в нумерах трактира. Щас я даже процитирую:
— Я люблю тебя, — просто сказала девушка. — Иди ко мне, дикий варвар. Ты — человек, я — эльфина, так странно все… И… нет, об этом ни слова. Не сейчас. Иди же ко мне!
Варвар все еще неловко, но с нарастающей страстью обнял ее, губы слились в поцелуе — сладком и долгом, как жизнь эльфа. Или эльфины.
Тила щелкнула пальцами, лампа погасла. Ее руки скользнули под его рубашку, Нанок чувствовал нарастающее возбуждение. Губами он коснулся ее шеи, Тила прерывисто вздохнула.
— Я люблю тебя, — шепнул варвар, лаская ее губами. Тело девушки затрепетало.
— Я тоже, — выдохнула она, отвечая на поцелуй.
И ночь поглотила их, жаркая, прекрасная летняя ночь. Страстная, загадочная и зовущая. Подобной которой никогда не было в этом мире…

Все счастливы до розовых соплей, предполагается, что предыдущие метания — цэ был такой гэг, он же шутка юмора. Противосахарного мне.

Добавить комментарий